Записи с темой: старое (список заголовков)
13:24 

Краеведческое

Вчера ходила на публичную лекцию в рамках Уральского индустриального биеналле. Лекция, правда была не очень то культурологическая, а скорее мило краеведческая - про мою малую родину район соцгород Уралмаш.

Меня страшно интригует сюжет соцгорода. Возводимые на крови и поту, на рабском труде, "города солнца", где все вот-вот должны были стать счастливы. Мне очень интересно, эти люди, первые строители, верили ли они в этот город солнца?

Темные крестьяне, свезенные из голодающих деревень, живущие в землянках или в засыпных бараках, работающие по 10-12 часов за какую-то зарплату, но все равно голодающие - как они вообще смотрятся в контексте нашей сегодняшней жизни? Жили они явно не для себя, скорее выживали, в лучшем случае воспринимая себя черновиком будущих поколений. В городе того, что ну, ладно, мы тут в говне и холоде, но за то детям и внукам будет хорошо. И я, наблюдая как раз детей и внуков, имею возможность увидеть развитие и деградацию этой мечты, этой идеи, проследить ее приложение к жизни. Развитие "светлого будущего" лучше всего просматривается в застройке.

Соцгород Уралмаш имеет радиально-кольцевую проектировку с площадью в центре. И от этой площади, как круги по воде расходится великая и светлая идея, застывшая в архитектуре. В центре, на площади, она в первозданном виде - там у нас чистый конструктивизм в выделке Баухауза. Далее кольцо советской нео-классики, местами скатывающейся в вычурный сталинский ампир с фонтанами и статуями. Где-то на задворках всего этого обязательные бревенчатые малоэтажки, живые и, кажется, вечные, как все временное. И далее, чем дальше от центра, тем мельче идея и иллюзии по поводу "величия коммунистического рабочего" и его значимости для государства - идут хрущевки, брежневки, спальные панельки и прочее серое. Вместе с этим мне видно и генезис семей этих строителей коммунизма: от голодной, темной женщины крестьянки - бабушки, до сына инженера и внуков дизайнеров, менеджеров по процессам и прочих виртуальных...

Конечно, весь этот путь виден и в других городах, но, мне кажется, в новостроях сталинской индустриализации, не имевших с одной стороны исторических корней, а с другой, изначально обращенных ввысь светлого будущего все это выхолощено и наглядно. В общем, люблю я эту историю, и когда-нибудь, может быть, подберу для всего этого правильные слова.

А что еще, спрашивается, делать, если ты родился в одном соцгороде - Каменск-Уральского, а вырос в другом - Уралмаше? Правильно, нечего. Только быть такой вот восторженной девицей и любить конструктивизм.

Старые фотографии Уралмаша здесь
Старые фотки Каменскатут

Из вновь выясненных фактов: Наша улица Орждоникидзе была улицей Сталина. А улица 22 Партсъезда, была улицей Ворошилова (дворы вокруг звались Ворошилоский куст). Проулок рядом с супермаркетом Атлант в народе звался Брод, что было робким сокращеним от Бродвей, потому что там в 50-е собирались стиляги, которых пиздили гопники с Куста. А в доме Техучебы, что на площади, в помещении, где сейчас аптека "Здравник" был, оказывается, штаб НКВД, и там пытали людей.

Кстати, все забываю сказать: в субботу 25 сентября в 12-00 на площади Труда будет тусовка на тему Сохранения выборов мера в городе. Назвать это митингом у меня язык не поворачивается, так как это скорее интеллигентско-блоггерская сходка "нормальных людей" (если конечно, Петлина к микрофону не пускать). В прошлый раз, когда тусовка была на тему Храма, всем очень понравилось. Неожиданно обнаружилось, что в городе реально много нормальных людей и светлых лиц.
Если у вас гражданская сознательность еще не настолько распухла, чтобы ходить на публичные слушания, но все же немного чешется - самое то прийти в субботу на пл. Труда. Мы, кажется, явимся всем семейством - с мамом, папом, сестрой, племяшом и Медведом.

@темы: 1, город, гражданская блин позиция, гуляла, старое

09:28 

Цвета и краски

В Екатеринбурге на улице Ленина, в одном из самых приятных кварталов - рядом с Университетом и Оперным, теперь есть Кофехауз. В Кофехаузе очень дорого и очень невкусно (исключение составляет только яблочный пирог). При всей моей любви к дурацким заведениям, я думаю, что Кофехаус это просто эталон ресторанного жлобства. Но я туда все равно хожу.

Кафешка организована в половине помещения магазина "Подарки" - в свое время нечеловечески огромного и пугающе абсурдного, как все сталинское. Там окна три метра в высоту и потолок - метров семь. При этом кофехаусовский дизайнер хоть и был кофехаусовским, но все же оказался человеком. Он, вопреки обязательному сетевому стандарту, оставил сталинские люстры - совершенно монструозные. Каждая килограмм по сто весом, с десятком матовых плафонов и серпами-коринфами из потускневшей бронзы. И главное - он сохранил роспись на потолке.

Кропотливая, детальная роспись изображает резной, раскрашенный потолок. То есть, там нет ни сантиметра фона, ни одной крупной детали в виде колхозницы или розовой щечки социалистического пионера - там мелко-мелко, со всеми тенями и деталями изображен рельефный орнамент. Раньше эта роспись покрывала весь потолок магазина - метров сто пятьдесят площади. Сейчас сохранившаяся половина покрылась благородными трещинами. Я изо всех сил надеюсь, что дизайнер был настоящим человеком и распорядился предпринять меры к сохранности.

Глядя на эту титаническую работу, я представляю себе запуганного художника, который в разгар сталинских репрессий пишет эту тупую и кропотливую фреску. Ему уже тошно от этих ромбов и звездочек, но с другой стороны он думает - слава богу, что не фигуры, потому что бог его знает, что ОНИ в этих фигурах углядят. Да и к тому же тошно писать розовых пионеров и румяных рабочих, когда тестя вот недавно забрали...

Сейчас под этим потолком сидим мы. Пьем капучино, курим тонкие сигаретки и обсуждаем покупки. Отчитываем официантку за то, что в цезаре мокрый салат, а масло совсем не оливковое. Делаем вид, что совсем не завидуем чуваку с новеньким белым Маком. Чувак с Маком всем своим видом показывает, что это просто компьютер.
Мирная жизнь.

Если будете в Екатеринбурге посетите Кофехаус на Ленина. Там вкусный яблочный пирог.

@темы: 1, город, старое

17:14 

Прикамье Чердынь Часть III

Очень скоро стали попадаться названия из Иванова – река Вогулка, река Ветлан, деревня Вишера, Покча. Все проезжаемые селения обитаемы от силы на десятую часть, людей мало, и все избы, избы с черными окнами. По сторонам снег, могучие ели, болота. Снега примерно как у нас в начале марта, то есть – полно. Это широта нашего Ивделя.

После обеда въехали в Чердынь. Год основания, между прочим, аж 1471. Как бы с нашей стороны Камня ничего близкого по древности не водится.

Раньше Чердынь стояла на бойком перекрестке торговых путей – через нее шли восемь дорог и две реки – Вишера и Колва. Через Чердынь варяги ходили на татар и татары на варягов, пермяки на вогулов, вогулы на пермяков, так же шастали новгородцы и москалиты. Жизнь бурлила. Чердынь была едва ли не первым форпостом русских на Прикамье-Урале, с нее начиналось крещение края.
Постепенно водные пути утратили значение, а в 18 веке некий бойкий крестьянин нашел новый путь (не помню откуда куда, но тогда это были важные точки) на 200 верст короче, и новую императорскую дорогу проложили в обход Чердыни. Крестьянину дали грамоту, а Чердынь законсервировалась. Навсегда.

Когда мы приодалели избы советского периода на окраинах, то оказались в 18-ом веке. Серьезно. Центр города стоит практически нетронутый с тех времен. Полное ощущение попадания в прошлое. Я как любительница «всякого старья» просто зашлась. Не только купеческие дома сохранились, но и домики обычных горожан, которые в Чердыни (да и по всему Прикамью) строят хоть и из дерева, но двухэтажными, кубическими и с высокими четырехскатными крышами. (Для примера на Урале избы ниже, шире и площе, то есть ближе жмутся к земле) Никаких уродующих советских пристроев, никаких хрушевок в садах, никаких афиш, граффити-каракуль, ни киосков, ни крупных вывесок – ничего! Сохранился декор купеческих домов, галерейки, ставни, ограды, а в некоторых даже надворные постройки и сараи. Я зашла в ворота военкомат (ранее усадьба лесопромышленника …) и ахнула – два века все до последней балясинки на ьбалконе стоит и не колышится – через революции, военный коммунизм, народных комиссаров, коллективизацию, индустриализацию, уплотнения и прочее. И так целыми улицами.

Я думаю это произошло в силу удивительно стечения обстоятельств:
В Чердыни нет никакого производства, и кажется, даже колхозов там не основывали. Там нет железнодорожной ветки, только автобусная станция и река.

Чердынь всегда была торговым городом, и в 18-19 веках еще и высокосоциальным (была очень развита система общественного призрения, благотворительности, попечительских советов). Поэтому, когда в революцию торговать запретили, жители пахать землю, видимо, не захотели все равно. Не столько из-за лени, сколько из-за высокого культурного уровня, как я понимаю. Поэтому там до сих пор 90% рабочих мест – это бюджет – врачи, учителя, чиновники, пристань.

При этом нет следов упадка – все отремонтировано, чисто, храмы все восстановлены, таблички улиц – свежие, пьяных мужиков не попадается. Чувствуется в городе какая-то внутренняя неброская тихая культура. То есть, не творят, но и не ломают.

Все это просто невозможное для Урала стечение обстоятельств. Я уже говорила, что у нас тут везде есть возможность поставить завод и пригнать рабочего люду. Поэтому сохранение Чердыни до нынешнего времени по шансам примерно равно вырастанию естественного бансая в том самом гараже.

При этом же еще место…
Чердынь стоит на высоком берегу Вишеры. На вершинах холмов, над обрывами белые церкви. От церквей открывается то, что язык не поворачивается назвать панорамой, это окоём: река, парма волнами, и легкими намеками вершины Уральского хребта по горизонту. Выдается только гора Полюд – круглая, как огромная капля. Кстати, по Иванову от Чердыни до Полюд-горы было рукой подать, они там всю книжку туда-сюда запросто шастали. На самом же деле там километров 50-70. Да и вообще у Иванова весь роман это конечно фантазии на тему. Самое интересное, что именно они и станут настоящим мифом Урала, чердынским краеведам против его тиражности не выстоять.
Что еще впечатлило… Сохранившаяся церковь иоановского монастыря (того самого что заложил первый патриарх пермский Иона – «Пустоглазый» по Иванову). Церковь вписана в ланшафт так как только сельские зодчие могли – стоит на холме, у изгиба реки, над обрывом. Ее окружает кованная ограда, справа несколько сохранившихся старинных многословных могильных плит. Белый снег, белая церковь, голубое небо, зелено-серебристая парма внизу. В общем позавидовала тамошним покойникам – вид у них великолепный.

Мне кстати, под ноги попался осколок чугунной могильной плиты, как раз того размера, что можно унести. Он как специально вытаил из под снега… Я было по законам нонконформизма хотела утащить, но Вова надавил мне на суеверия и я положила обратно. За то когда все пошли в церковь, я залезла в церковный подвал. Там была настоящая сокровишница! 3 старинных сундука (запертых), сломанный стул, куча железок внутри, какие-то рамки, дверцы. Я было хотела… Но потом поняла, что с полноформатным сундуком Моргана меня в машину не пустит. Пришлось ограничится небольшим старым замком. По двум эпизодам (дом и церковный подвал) меня заклеймили Ларой Крофт.

В общем, что я понял про Чердынь: туда надо ездить. Да, далеко, но надо. Селиться в аэропорту, гулять по лесам и по городу, искать клады в огородах и скверах, слушать краеведов, ловить рыбу в реке, лазать по соседним заброшенным деревням, кататься на паромах. Недельки на полторы там развлечений точно хватит. А можно еще искать уединенность, покой и исторические корни – кому чего. По выбору.






ЗЫ: Фотки прикрутила. Те которые крутые и красивые - Морганины, те котоыре поплоше - мои.

@темы: 1, Чердынь, архитектура, путешествия, старое

17:04 

Прикамье: Часть II "Пермь 36"

На следующий день попали в Музей ГУЛАГа «Пермь 36». Это чуть ли не единственный сохранившейся лагерь в России. Лучше меня уже отписалась Моргана вот тут. От себя могу добавить, что мне стало страшно уже при входе. Это Зона, настоящая Зона, с периметром. Попадая туда, внутрь, понимаешь, как это было в сто раз лучше, чем после прочтения зануды-Солженицына. Экспозиции размещенные в жилом бараке только усиливают впечатление. Сделаны, они кстати, в хороших традициях современного музейного дела. Там не мертвые экспонаты, а живое прошлое твоей страны. Впечатлений получаешь больше чем от любого хоррора. Помимо субъективных ощущения шокируют информация об объективных масштабах явления, фраза «сидело пол страны» наполняется пугающим смыслом. Я подумала, что Гитлер сделал стране зла меньше, чем ГУЛАГ. Почему тогда мы не празднуем день победы над ним?



@темы: 1, прикамье, путешествия, старое

slonasonoslon

главная